г. Симферополь, ул. Пушкина/А. Невского 1/2

ШУМАХЕР БИБЛИОТЕЧНОГО ДЕЛА

27 мая 2020

(из цикла статей «Профессия библиотечная нужная, вечная»)

В энциклопедиях о нем написано немного: французский и российский ученый немецкого происхождения, секретарь медицинской канцелярии, статский советник, старший член и библиотекарь, директор Петербургской библиотеки Академии наук. Умер в 1761 году.

Первый библиотекарь был вторым лицом в академии, в первом петровском уставе написано: библиотекарь – при президенте главный командир.

Иоганн Шумахер родился в городе Кольмар, во французском Эльзасе, учился в гимназии и в 1707 году поступил в Страсбургский университет, где в основном занимался словесностью, богословием и юриспруденцией. В 1711 году Шумахер получил степень магистра, защитив диссертацию, но продолжал посещать лекции. Однако скоро он был вынужден за вольные стихи бежать из Страсбурга и поступить наставником к детям графа Лейнингена Гартенбурга, и с ними отправился в Париж, а там племянник Петра Великого пригласил его на службу в Россию. Иностранцы в то время охотно ехали в Россию в погоне за титулами и звонкой монетой, и Шумахер не упустил свой шанс. Он принимает приглашение и в 1714 году приезжает в Россию, где поступает к лейб-медику Петра Великого Арескину, заведовавшему врачебной частью, в качестве секретаря по иностранной переписке в Аптекарскую канцелярию. Одновременно Иоганн заведовал книжным собранием (библиотекой) Петра Великого и его небольшим кабинетом редкостей (Кунсткамерой).

Через пять лет Арескин умирает, а его преемник удерживает Шумахера на службе. Указом Петра Шумахеру поручается ехать за границу, чтобы сыскать там ученых людей, желавших определиться в службу Его Величества для корреспонденции, и вместе с тем осмотреть как частные, так и публичные библиотеки и кунсткамеры.

По возвращении из этой поездки, много способствовавшей отношениям с заграничными учеными, Шумахер представил собрание приобретенных им книг (517 названий) и обширный отчет.

Десять лет собиралась библиотека. По велению Петра «доступ в Библиотеку каждому свободен с двух до четырех часов пополудни», и «чтоб каждый посетитель встречен бывал бокалом вина, фруктами и цукербротом по сезону», но только после просмотра коллекций. Благодаря Шумахеру существуют две с половиной тысячи томов протоколов заседаний Академии наук. Он же составил списки злостных нарушителей: в числе первых значится шведский посланник – не вернул словарь Бейля…

Шумахеру в то время было назначено жалованье – 1200 рублей в год, что было сравнимо с жалованьем высшего чиновничества России и в два раза выше, чем жалованье губернатора. Академики получали в среднем 1000 рублей, профессора – 660 рублей.

Иоганн сумел угодить всем. Он исполнил возложенное на него поручение и содействовал тому, что в 1724 году была создана Академия наук. Он сумел завести переписку с немногими лицами русского общества, по своему образованию не остававшимися безучастными к происходившему в Академии наук. Лаврентий Блюментрост предоставил помощнику озаботиться устройством типографии, поручил ему библиотеку и Кунсткамеру, и Шумахер рьяно бросился исполнять задание, не обращая внимания на денежные средства академии. Это понравилось не всем ее членам. Они открыто выступили против Шумахера, а он, в свою очередь, стал во враждебные отношения к академикам, стараясь настроить против них Блюментроста  не упуская ни малейшего случая.

Второй президент Академии наук, барон Иоганн Альбрехт Корф, сделал Шумахера своим советником и поручил ему хранение казны академии. Но в 1755 году тот же барон Корф называл Шумахера «неученым сочленом и канцелярским деспотом».

При вступлении на престол императрицы Елизаветы положение академии оказалось очень затруднительным из-за растущих долгов. Да и раздражение к иноземцам сделало свое дело. А академия состояла почти целиком из немцев. Шумахер это прекрасно понимал и стал искать персону, которая формально могла бы возглавить академию, не мешая его реальному властвованию.

5 мая 1742 года Шумахер незаконно арестовал студента-иностранца Кенигсфельта за то, что тот отказался подписать составленный Шумахером донос в Сенат, в котором Делиль и Эйлер обвинялись в преднамеренном затягивании работ над Атласом России. По распоряжению Сената Шумахеру пришлось освободить арестованного и отпустить его на родину. Тогда разъяренный Шумахер 2 июля 1742 года подал в Сенат донос на всех троих – на Делиля, Эйлера и Кенигсфельта. Это переполнило чашу терпения сотрудников академии.

Делиль и бывший токарь Петра Великого Андрей Нартов вместе с рядом студентов подали в Сенат жалобы на незаконные и неблаговидные действия Шумахера. Под этим давлением императрица Елизавета Петровна подписала 30 ноября 1742 года указ о назначении следственной комиссии над Шумахером, которого арестовали, а руководство академией перепоручили Нартову.

Но нарушений комиссия князя Юсупова не нашла, и к концу декабря 1742 года Шумахера освободили. А в начале следующего 1743 года состоялся указ Сенату о возвращении его в академию с выдачей жалованья, причитавшегося за время ареста. Еще через год комиссия закончила следствие, признав Шумахера виновным только в употреблении казенного вина на свои нужды, за что он и был приговорен к уплате 109 рублей с копейками.

Обвинителей же приговорили к наказанию плетьми и батогами, но высочайшей милостью помиловали, разрешив вернуться в академию. Впрочем, их места уже были заняты другими, менее строптивыми преподавателями. Но война академиков и Шумахера не прекращалась до вступления в звание президента академии (в мае 1746 года) графа Кирилла Григорьевича Разумовского. Последовали новые жалобы, опять ничего не давшие. Авторитет Шумахера при дворе не могли подорвать ни жалобы профессоров и судебные разбирательства в связи с ними, ни даже разрушительный для музея пожар 1747 года, во время которого пострадали не только книги, но и сгорел знаменитый Готторпский глобус.

Тем не менее, Разумовский начал наводить в академии свои порядки.

В 1754 году Шумахер получил чин статского советника. Но к этому времени он очень ослаб. Да и возраст сказывался. Он нередко по месяцу не ходил в канцелярию. В 1759 году за долговременную службу Шумахеру была пожалована в потомственное владение мыза Укиппхт в Лифляндии. А 3 июля 1761 года он скончался. Умер Иван Данилович в нищете, жена его писала в академическую канцелярию: «…для пристойного по чину погребения тела имею в деньгах крайнюю надобность». Ей было выдано жалованье «за долговременную и усердную работу мужа и его службу, которую он оказал при Петре Великом Библиотеке и самой Академии наук».

Похоронен Иван Данилович Шумахер на кладбище у Сампсониевского собора. До наших дней могила не сохранилась, кладбище уничтожено. К сожалению, не сохранилось ни одного портрета Шумахера, но в документах Академии наук есть ряд написанных им документов с автографом.